Карнеги центр: православным священникам нечего делать в армии


 

 

По приглашению главного редактора журнала «Религия и право» Анатолия Пчелинцева я принял участие в семинаре «Русская православная церковь и армия: опыт истории и современные проблемы взаимодействия», который состоялся 14 марта с.г. в Московском центре Карнеги.

С докладом выступил  сопредседатель Славянского правового центра, главный редактор журнала «Религия и право» Анатолий Пчелинцев. Основным лейтмотивом доклада стали сетования на узурпацию со стороны Русской Православной Церкви права на духовную работу в российских вооруженных силах. С его слов, капелланов – мусульман, а тем более протестантов в армии нет и нет закона, который позволял бы им там быть. При этом, Пчелинцев сделал экскурс в историю царской России, в которой институт военного духовенства был весьма демократичным (более пяти тысяч православных священников. 100 имамов, лютеране, буддисты и даже языческие жрецы).  Во время присяги призывника на верность Царю и Отечеству обязательно присутствовали священники той конфессии, к которой принадлежал будущий воин. Докладчиком были приведены и другие примеры разумного отношения к духовному окормлению военнослужащих в царской армии, что мне, как монархисту, было приятно слышать.

В целом доклад был достаточно сдержан в части претензий к РПЦ, хотя сам Анатолий Пчелинцев является баптистом по вероисповеданию. Больше упреков было в адрес законодателей и руководства Вооруженных сил.

Поразило меня обсуждение доклада. Такого неприятия, такой желчи, прозвучавших в адрес РПЦ, ранее мне слышать не доводилось. Вел семинар  Алексей Малашенко — председатель программы «Религия, общество и безопасность» в центре Карнеги. Одним из первых он дал слово Сергею Мозговому, называющего себя председателем Комитета по свободе совести Национальной ассамблеи Российской Федерации, который и задал последующий тон обсуждения: «Министерство обороны лишь соглашается с натиском Патриарха Кирилла, который, как бульдозер, продавливает свои интересы. Никакой статистики о настоящих религиозных потребностях военнослужащих не ведется. Священники тоже не рвутся в армию и т.д.». В  США и в Европе капелланы в армии обеспечивают гарантии свободы совести, а что делают православные священники в российской армии? – примерно в таком ключе звучали выступления других участников дискуссии.

Мне показалось странным, если говорить мягко, выступление, как ее представили «известного российского индолога» Ирины Глушковой.   Однажды она оказалась в церкви на подъезде к Переславлю-Залесскому и поразилась обилию молодых людей мужского пола — в храме было буквально не протолкнуться. На ее недоуменный вопрос последовал ответ: да солдатиков креститься привезли. На свой вопрос уже к ребятам, по своему ли желанию они крестятся, ответа она так и не получила: кто-то отводил глаза, кто-то просто молчал. В церкви стояла атмосфера страха и покорности. Поэтому Ирина Глушкова считает запрет на религиозные (православные) объединения в армии совершенно оправданным — эти объединения будут не добровольными, а насильственно навязанными, так же, как наблюдавшееся ею крещение.

Мне интересно, как «известный индолог»  сумела ощутить «атмосферу страха и покорности» в храме, не услышав от солдат ни слова об их отношении к происходящему. Будучи человеком православным, я бы ощутил в храме атмосферу божественной благодати, которая всегда бывает при крещении людей. Кто из нас прав? 

Тем не менее, многие либеральные СМИ в сети дали отчет о прошедшем семинаре в трактовке Ирины Глушковой. Очевидно  явное  намерением вбить клин между обществом и Православной Церковью. Об этом свидетельствуют и другие темы, поднимаемые в центре. Например, 28.01.2011. на семинаре в Московском центре Карнеги с докладом "Национализм руководства Русской православной церкви в первом десятилетии XXI века" выступил директор Информационно-аналитического центра "Сова" Александр Верховский.

Вернемся  к нашей теме. В своем выступлении я сказал, что готов поддержать некоторые предложения, прозвучавшие в докладе Пчелинцева. В частности о разрешении заменить слово «Клянусь» в присяге военнослужащего на слова «Торжественно обещаю» для представителей протестантских церквей, призванных в Вооруженные силы, которые из религиозных убеждений не могут произносить слово «Клянусь». Сказал также, что монархическая партия «Самодержавная Россия» выскажет свою позицию по целесообразности введения в армии капелланов из представителей всех традиционных конфессий страны. Из протестантов возможно обсуждение вопроса по лютеранам и баптистам, которые были допущены в армию и в царской России.

Подводя итоги дискуссии, Алексей Малашенко сказал, что у него нет однозначного решения – нужны православные капелланы в армии или нет в условиях светского по конституции государства. У него также  нет ответа на вопрос: чем они будут заниматься в армии? Взять того же Всеволода Чаплина и отправить в армию капелланом? Что он там будет делать?  Вот в США и Европе, с его слов, совсем другое дело, там демократия и подлинная свобода совести.

 

Отвечу Алексею Малашенко и его «экспертам» словами русских старцев. Многие русские святые - преподобные Сергий Радонежский, Серафим Саровский, святитель Феофан Затворник, святой праведный Иоанн Кронштадтский рассматривают общественное служение как христианский долг. "Христианин, делаясь членом Церкви, не перестаёт быть и членом общества, - писал епископ Феофан. - Он должен, принявши христианство, освятить им и своё служение обществу. Общество и служение ему есть лучшее поприще для обнаружения и укрепления духа благочестия. Плод служения Отечеству столь велик, сколь велика награда добродетели. Служа Отечеству, мы этим самым служим Богу...".

 

 

Сергей Кривошеев, заместитель Председателя Центрального Совета монархической партии «Самодержавная Россия».

Добавить комментарий

Ф.И.О *
Эл. почта
Телефон
Сообщение *
Проверочный код *
Введите решиение выражения на картинке ниже

нажмите на картинку для ее обновления


* - Поля для обязательного заполнения.